[contact-form-7 id=135]

Разделившая судьбу Хатыни и возродившаяся как птица Феникс

В многострадальной Беларуси не было такого района, где бы фашисты не сжигали населенных пунктов, не грабили и не убивали мирных людей. В годы Великой Отечественной войны в республике фашистами были сожжены более 9 тысяч деревень, из которых более 600 полностью со всем населением.

И сегодня можно увидеть и такие деревни, на месте которых не найдешь ни одной живой души. Там, где прежде жили люди, остались лишь старые, обгоревшие деревья, одинокий колодезный журавль, мололесок, трава, густо покрывшая дороги и тропинки… Например, в Шумилинском районе, на Витебщине, на девяти километрах лесной теперь дороги,- шесть обелисков-памятников шести убитым деревням. И такое во многих районах, где работала страшная машина фашистского геноцида.

На пятьдесят четвертом километре шоссе Минск – Витебск стоит указатель к мемориалу Хатынь. Ни на одной самой подробной географической карте вы не найдете сегодня этой белорусской деревни. Она была уничтожена фашистскими карателями. Это произошло 22 марта 1943 года. В память сотен белорусских деревень, уничтоженных немецко-фашистскими оккупантами, в январе 1966 года было принято решение о создании мемориального комплекса «Хатынь», авторы которого смогли глубоко осмыслить трагедию мирных советских людей. Они вдохнули жизнь, вложили душу в камень и бронзу, и эти неподатливые материалы заговорили сурово, гневно, обличающе.

Судьбу Хатыни разделила и Красница Быховского района. Никогда не забудут ее жители того страшного дня 17 июля 1942 года, когда 857 мирных жителей заживо сожгли фашистские каратели. Ни в чём не повинные люди навсегда останутся в памяти народной.

В день семидесятипятилетней годовщины трагедии в здесь прошел митинг-реквием, посвящённый памяти жертв фашизма. По приглашению Быховского райисполкома и Совета ветеранов в нем приняли участие член РВИО в Московской области представитель Центра «Армеец» И.В. Кучменко – внук погибшего при освобождении района Ипатия Андреевича Кучменко.

«Перед приездом в Красницу, – отметил Игорь Владимирович, делясь своими впечатлениями о поездке, – я ранним утром побывал на легендарном Буйничском поле, которое напоминает о совместном военном прошлом Союзного государства: России и Беларуси. Мемориальный комплекс вырос там, где в начальный период Великой Отечественной войны происходили ожесточённые бои.

В 1941 году возле деревни Буйничи проходила линия обороны Могилёва. Сражаясь против немецких войск, воины Красной армии перекрывали дорогу Могилёв-Бобруйск. В обороне были задействованы ополченцы, 172 стрелковая дивизия, которой командовал генерал-майора Романова, среди частей которой особо отличился 388 стрелковый полк (командир – полковник Кутепов). С немецкой стороны – пехотные части, танковая дивизия, поддержка авиации и артиллерии. 10 июля немцы подвергали 388 полк массовым обстрелам, а 2 дня спустя советская артиллерия открыла огонь по противнику и нанесла ощутимые потери. Немцы, перейдя в наступление, направили на позиции противников десятки танков. В результате продолжительного боя удалось сжечь и подбить 39 танков. До 22 июля Красная Армия стойко удерживала свои позиции.

Немецкие командиры боялись доложить Гитлеру о стойкой защите этого города, поэтому доложили, что еще в начале июля он был взят. Героическая оборона Могилева была строго засекречена. В память о погибших защитниках Могилева на Буйничском поле возведена часовня. Она стала центральным памятником мемориального комплекса.

События, которые разворачивались на этом поле, в своём военном дневнике и романе «Живые и мёртвые» увековечил Константин Михайлович Симонов, сделав полковника Семёна Кутепова прототипом главного героя. В то время он был корреспондентом «Известий» и вместе с фотокорреспондентом Павлом Трошкиным находился на поле битвы 13 и 14 июля. Для Симонова эта командировка на фронт стала первой. Считая поездку в Могилёв в 1941 году самым главным событием в своей жизни, Константин Симонов завещал развеять свой прах над Буйничским полем. Это и было сделано после смерти писателя 28 августа 1979 года, а на поле 25 ноября 1980 года установлен памятный знак.

Симонов писал: «…Я не был солдатом, был всего только корреспондентом, однако у меня есть кусочек земли, который мне век не забыть, – поле под Могилёвом, где я впервые в июле 1941 года видел, как наши в течение одного дня подбили и сожгли 39 немецких танков…»

Мужество защитников Могилева, многие из которых до сих пор остаются неизвестными, было беспредельным: весь мир увидел, как могут защищаться советские войска. Это был очень полезный урок для нашей армии. Защиту Могилева брали потом за пример, и Могилев даже называли «отцом Сталинграда». Битва на Буйничском поле притормозила победное шествие фашистской армии, задержала группу армий «Центр», которая была нацелена на Москву. Кроме того была нарушена система снабжения гитлеровских войск, которым был нужен Могилев в качестве перевалочной базы.

Как рассказал мне уже в Краснице заведующий филиалом Мемориального комплекса «Буйничское поле» Петр Иванович Хованский, неизвестных героев было бы меньше, если бы не поверье, которое бытовало у солдат: «Считалось, что если ты заполнишь формуляр смертного медальона, то обязательно погибнешь. Вот и хранили солдаты в медальонах иголки да нитки, а поисковый батальон поднимает останки с медальонами, в которых чистые формуляры. При этом хоронили солдат, погибших на Буйничском поле в последние дни обороны города, прямо в окопах и траншеях, где они приняли смерть. Не было уже сил и возможности найти для них более достойное место. Сколько таких братских могил сегодня на этом героическом поле, никто не знает. Иногда у меня возникает чувство, что защитники Могилева до сих пор с нами. Их голоса слышны в шепоте травы и в шелесте листвы. Слева от часовни, внизу, есть небольшой искусственный водоем. Это «Озеро Слез» – символ боли матерей и вдов, потерявших своих сыновей и мужей в годы войны. Здесь особая энергетика. Видимо, это чувствовал и Константин Симонов. Не зря он пожелал стать частью этого святого места, щедро политого солдатской кровью».

С чувством безграничной гордости за наш советский народ-победитель, я отправился в Красницу. Конечно, трудно все выразит словами, потому что все присутствующие на митинге-реквиеме словно сами стали свидетелями того далёкого 1942 года. Оставаться спокойным и равнодушным было невозможно, слова выступающих находили отклик в каждой душе, в каждом сердце, отдаваясь великой болью и неутихающей скорбью. Слёзы были на глазах у каждого, они комом стояли в горле… Выступавшие на митинге отмечали, что, несмотря на отдаленность тех событий, до сих пор не утихает в сердцах людей боль утрат и что нет на Быховщине семьи, которой в той или иной степени не коснулись трагические и героические события тех лет.

В селе жило до войны более полутысячи человек. И никто не знал; что для их родной Красницы 17 июля настал судный день – пришла такая беда, какой никто никогда не ведал. Одних судьба щадила, и они умирали первыми, сразу, не мучаясь, другие, прежде чем умереть, видели смерть своих близких. Одни умирали, не сходя с места, скованные страхом, с парализованной волей. Другие пытались бежать и все равно падали под пулями автоматов и пулеметов.

Как рассказала мне Нина Михайловна Князева, бывшая в те годы ребенком, когда немцы наступали, они село прошли без боев. Спокойное село осталось в тылу. Но мужики ушли в лес, партизанить. «Однажды один из них поехал на подводе в село за провиантом.  При подъезде к селу увидел низко летящий немецкий самолет. Обстрелял его. Через несколько часов в село прибыл карательный отряд. Собрали всех, кто был в поле, велели оставаться в домах, сказали, что будут по домам раздавать документы. Двери заперли и стали поджигать дома. Только некоторым удалось чудом спастись. Кто-то случайно не был в этот день дома, а кто и через огороды ползком смог скрыться. Особенно свирепствовали полицаи из числа местных жителей, а некоторые немцы, увидев уползающего беглеца, отворачивались, делая вид, что не видят».

О том, что было в тот июльский день подробно описано Овидием Горчаковым в произведении «Пепел Красницы» («Повесть об огненном селе»).

«Когда мы приехали в Краспицу, пепелище еще дымилось. Я подошел к знакомой калитке. Калитка была сорвана, а за калиткой – ничего. Одна печка торчит с черным дымоходом да груда обугленных балок дымится. И почерневшие кусты и деревья в палисаднике со съежившейся листвой. Я огляделся. Все исчезло! Сотни человеческих сердец, вдруг переставших биться. Человеческие кости в еще горячей золе…

Все, что я видел вокруг, острой болью отдавалось в сердце, ранило мозг. В огне и дыму исчезло все, что веками накапливалось, годами наживалось. Пусто. Только мелькнет на грядках бездомная собака с поджатым хвостом, вылетит из обуглившихся цветов беспризорная пчела. Дома всюду сгорели дотла, шлях перестал быть улицей и потому словно вспух, стал похожим на насыпь… Безмолвными памятниками стоят вдоль шляха черные остовы печей, стоят неровным строем посреди пустынного, безлюдного поля, где вчера еще жила Красница. Кругом – звенящая, онемелая тишина, как после внезапно оборвавшегося, кровь леденящего крика. В немом вопле высоко воздеты к небесам руки колодезных журавлей. Словно взывают они о мщении…

В сорок девятом в Краснице стояло не больше десятка новеньких хат. Трудно возрождалась деревня. Но все-таки возрождалась. После войны одни демобилизованные фронтовики, вернувшись на родное пепелище, уезжали, поклонившись братской могиле. Другие брали жен из соседних деревень и поднимали целину, сменив винтовку на соху. И труд их был продолжением нашей мести за убийство Красницы, борьбой за жизнь тех, в чьих жилах текла ее горячая кровь».

«Несмотря на то, что прошло 72 года после окончания Великой Отечественной, – отметил в своем выступлении председатель Смолицкого сельского исполнительного комитета Геннадий Владимирович Липунов, – мы должны рассказывать людям, что такое война, и какое горе, боль и ущерб она принесла. Мы должны сделать всё зависящее от нас, чтобы этого больше никогда не повторилось. Хочется выразить благодарность тем, кто остался в живых и сказать им большое спасибо за стойкость и мужество. Мы сегодня пригласили молодое поколение, чтобы они услышали их первых уст о войне и злодеяниях фашистов, ибо молодёжи строить и создавать будущее нашей страны».

Также в рамках митинга прошло перезахоронение останков 19-ти солдат. Это один из промежуточных итогов республиканской патриотической экспедиции «Вахта памяти», которая проходит по местам боев Великой Отечественной войны. В этом году к поисковикам 52-го спецбатальона Минобороны Беларуси присоединились 7 патриотических групп могилевской организации «Виккру», а также музейные работники и студенты. По одному медальону, обнаруженному во время раскопок, удалось установить имя и фамилию погибшего красноармейца, уроженца Запорожской области. Почтить его память сегодня из Украины приехала М. Лахтура. «Иван Кириллович Шутов – это мой двоюродный дедушка, это родной дядя моей мамы, – не скрывая слез сказала Марина. – Мы не теряли надежды его найти. Конечно, низкий поклон до земли поисковикам, потому что эти люди (я говорила и буду говорить) – это святые люди. Они не равнодушны к судьбе каждого солдата, который погиб».

Когда мне было предоставлено слово, то, обращаясь к участникам митинга, я вспомнил слова великого писателя Валентина Распутина, который говорил, что государство – это временное явление, его границы могут меняться. А Отечество – это то, что завещано нам предками и имеет тысячелетнюю историю и традиции. Поэтому у нас, конечно, общее Отечество и нашу совместную историю отменить невозможно. Мы, все три братских славянских народа – русский, белорусский и украинский, имеем общие корни и одинаковый культурный код. Мы должны сделать все для того, чтобы сохранить наше единство. В единстве – наша сила.

В память о встрече с «сябрами» по поручению председателя регионального отделения Российского военно-исторического общества в Московской области Константина Петровича Михайлова и Ступинской районной ветеранской организации мною были переданы Благодарственные письма за большую многолетнюю работу по сохранению исторической памяти о подвиге советского солдата – защитника Отечества и освободителя Европы, гражданскому и военно-патриотическому воспитанию подрастающего поколения наших братских республик, в честь 73-й годовщины освобождения Беларуси от немецко-фашистских захватчиков и в знак вечной и нерушимой дружбы между народами Союзного государства – России и Беларуси Г.В. Липунову и председателю общественного объединения «Могилевский областной историко-патриотический поисковый клуб «Виккру» Николаю Сергеевичу Борисенко. Также были переданы молодежи и ветеранам района книги с воспоминаниями ступинских фронтовиков и членов районного литературного объединения «Родники».

По завершению митинга благочинный церквей Быховского округа протоиерей Николай Павлович отслужил литию за всех погибших на поле брани при защите Отечества. Память о павших почтили минутой молчания, к братской могиле воинского захоронения и стеле «Сожжённым» возложили живые цветы и венки. Зажгли свечи, чтобы ещё раз всем вместе поклониться тем, чья жизнь оборвалась по злой воле судьбы…

Также мне представилась возможность пообщаться с быховскими ветеранами, принять участие в проведении «Уроков мужества и дружбы» для пионеров и молодежи.

Покидая Красницу, я подумал: земля Беларуси многострадальна, ибо захватчики, которые приходили на Русь с Запада, проходили через Белую Русь, опустошали ее и разоряли. Но она восставала из пепла и залечивала раны. Эта земля приняла в себя миллионы советских воинов, партизан, мирных жителей – жертв той страшной войны. Несоизмерима ни с чем скорбь народа, потерявшего в войне с нацизмом более трети своих сыновей и дочерей, как безгранична и его память о героях. Подвиг наших отцов и дедов всегда должен вдохновлять нас служить Отечеству и народу земли нашей.

Говорят, пепел и землю из Красницы привезли в Хатынь в урне и установили рядом с другими урнами из других огненных деревень Белоруссии. А таких деревень и сел почти десять тысяч. На каменных плитах высечены названия уничтоженных гитлеровцами деревень. Среди них Красница. Одна из многих могил на кладбище деревень. Как птица Феникс, Красница служит для меня символом вечного обновления и возрождения, символом бессмертия и непобедимой жизненной силы».

Подготовила                                                             Екатерина Славина,

Центр «Армеец»